Кочеткова Нина Ивановна



Директор общеобразовательной школы

Нина Ивановна КОЧЕТКОВА

Особый мир уникального академгородка подразумевает, пожалуй, и самобытную стезю юного поколения. Об этом мы беседуем с директором школы Ниной Ивановной Кочетковой.

— Школа находится в совершенно уникальном месте, в неком ограниченном пространстве. К тому же, если брать среднестатистического ребенка, то у ваших учеников весьма большая степень вероятности оказаться ребенком кандидата наук, доктора наук или академика. Это накладывает какую-то специфику на вашу работу?


— Безусловно. Во-первых, в силу того, что мы находимся на территории Специальной астрофизической обсерватории, здесь достаточно высок уровень востребованности образования и не «среднестатистического», как вы говорите, а качественного образования. То есть требования, которые учителя и родители предъявляют к образованию, очень высоки. Так что не случайно почти все наши дети, в среднем 90–92 процента за последние три года, поступают в высшие учебные заведения Москвы и Санкт-Петербурга, Ростова, Ставрополя. Выбирают они, в основном, профессии с физико-математическим уклоном, поэтому полученные в школе знания являются как бы первой ступенью подготовки в вуз. У нас 10-й и 11-й классы — это уже довузовская подготовка. Поэтому нам всю свою работу приходится строить с учетом именно этих требований. Знания, которые дети получают в школе, очень сильно помогают им при поступлении в вуз.

— Нина Ивановна, а возникают ли проблемы социализации ребят, поскольку они живут в условиях ограниченного, маленького академгородка, где находятся в постоянном контакте с одним и тем же кругом лиц, а потом попадают в большой незнакомый мир?


— Иногда и за редким исключением, потому что мы не столь изолированы, как это кажется. Сюда приезжают очень много гостей, и взрослых и детей из других регионов. Во-первых, их очень привлекает крупнейшая в стране обсерватория. Во-вторых, это — курортная местность. В-третьих, здесь сосредоточены многие уникальные памятники истории. Поэтому сюда пролегают экскурсионные маршруты практически со всего южного региона. Обсерватория проводит на своей базе международные астрономические олимпиады, в которых активное участие принимают местные школьники, привлекаются наши учителя. В свою очередь, наши дети тоже часто выезжают за пределы поселка для участия в различных олимпиадах и конкурсах. К тому же у нас есть еще и музыкально-художественная школа, очень хорошая спортивная база. Дети выезжают на спортивные соревнования, что, естественно, закаляет ребят, приучая их адаптироваться в нашем суровом мире. Поэтому когда они выезжают в города, то умеют постоять за себя. Кроме того, у них хорошо развито чувство собственного достоинства. Родители, сотрудники обсерватории, общественность, школа — все прививают детям чувство собственного достоинства и уверенность, что их отчий дом — это не маленький захолустный поселок, а научный центр, известный всему миру. И если они едут учиться, то едут за знаниями, чтобы стать такими же уважаемыми людьми, как их родители. Все это помогает адаптироваться в огромном мире. То есть, практически проблем у ребят не возникает.

— А сами вы сколько лет работаете в этой школе?


— Уже 18 лет, из них 11 — директором.

— Как судьба занесла вас в Буково?


— Это уж точно, что занесла судьба. У меня здесь работала сестра. И я, честно говоря, долго не рисковала переезжать сюда, потому что как математик по профессии испытывала чувство неуверенности, чувство некого страха, присущего всем, кто сталкивается с научными сотрудниками обсерватории. А сестра здесь была программистом. И все-таки она меня уговорила, когда освободилось место математика в школе.

— А вы откуда родом?


— Родом я здешняя, всего в десяти километрах отсюда. Но всю жизнь мы прожили в Сибири, в Новокузнецке, где и окончила государственный пединститут.

— Много у вас в школе учащихся?


— Сегодня у нас 133 человека. В конкурсе «Лучшая школа года» мы признаны победителями, а в смотре по национальному проекту «Образование» на грант президента заняли второе место в республике и получили премию в миллион рублей. Сама я в этом году стала победителем конкурса «Женщина-директор года». Все эти три фактора способствовали, видимо, значительному притоку учеников.

— А откуда? Из близлежащих населенных пунктов?


— Ну, в общем, да…

— То есть детей будут привозить специально на учебу в школу?


— Да. Скорее всего, их привлекает высокий уровень качества знаний. Потому последние три года, пока длится эксперимент по единому госэкзамену, наши дети сдают его лучше всех по Карачаево-Черкесии. Кроме того, у нас хороший спортзал, бассейн, в школе «автономное» тепло, мы не испытываем перебоев в коммунальных услугах, как это случается в других учебных заведениях.

— Я не первый раз в Буково, и у меня складывается впечатление, что все дети, посещающие общеобразовательную школу, параллельно занимаются в художественной или музыкальной школах. То есть получается, что практически каждый ребенок охвачен каким-то циклом эстетического образования.


— Да, за редким исключением. Тем более в этом году Зеленчукская районная музыкальная школа проявила очень хорошую инициативу: организовала у нас школу «Лира». Она не художественная, не музыкальная, но там есть и танцевальное и хоровое отделения. Она так и называется — эстетическая школа. Кроме всего у нас есть филиал детско-юношеской спортивной школы и горнолыжная секция — целый класс. Многие ребята тренируются в трех кружках плавания.

— Нина Ивановна, сегодня в плане мотивации к обучению у многих учащихся возникают большие проблемы. При всем том, что это момент сугубо индивидуальный, возникают ли подобные проблемы в вашем ученическом коллективе?


— Наверное, нет, потому что, во-первых, очень помогают родители. Возможно, еще и потому, что дети наглядно видят: если у тебя есть профессия, ты всегда сможешь быть реализованным в жизни. Активнейшим образом ведется в школе и профориентация. Мы сотрудничаем со многими вузами: их представители приезжают к нам, рассказывают, какие профессии можно у них получить, где потом устроиться на работу и так далее. Это, во-вторых. А в-третьих, у нас очень большой стенд «Куда пойти учиться?», где отражены буквально все направления.

— Сказываются ли при выборе условия академического городка?


— Конечно. Прежде всего, родители очень четко понимают, что дети должны получить образование, потому что образованный человек может успешно реализоваться в жизни.

— Что можно сказать о выпускниках за 18 лет вашей работы в школе?


— У нас немало выпускников, которые уже получили звания кандидатов и докторов наук. Дочь Сергея Анатольевича Трушкина — уже доктор наук. У научного сотрудника Евгения Леонидовича Ченцова дочь тоже защитила докторскую диссертацию. Причем обе защищались за рубежом — в Германии и США. У главного инженера Туполова девочка стала кандидатом наук. У заместителя директора САО по общим вопросам Устинова все трое детей окончили школу с медалями. Старший сын — аспирант. И таких примеров немало.

— А много ли детей выбирают родительскую профессию астрофизиков?


— Нет. Как ребенок учителя не очень стремится в педагогику, так, наверное, и здесь. Но преемственность профессии не исключена. Навскидку могу назвать научных сотрудников Комаровых, у которых сын в этом году окончил МГУ и пополнит династию астрофизиков.

— Астрономы — это все-таки «штучный товар»?


— Да.

— А почему? Я вот и раньше разговаривала с вашими коллегами и поняла, что дети охотно идут в науку, но далеко не всегда в астрофизику.


— Могу лишь высказать сугубо личное мнение. На мой взгляд, наши дети видят и рано понимают, что астрофизика — это подвижническая, скажем так, работа. Хорошо, что наш президент повернулся лицом к науке, осознал, что если не оплачивать труд ученых достойно, то науку мы окончательно погубим. Ведь и в самом деле зарплата любого научного сотрудника мала. А для того, чтобы зарабатывать и получать гранты на продолжение научной работы, требуется основание. То есть, нужна тема и еще много чего. Сама я не научный сотрудник. Мы просто тесно сотрудничаем с обсерваторией, поэтому я немножечко в курсе, но глубоко судить о назревших в этом плане проблемах не берусь, хотя подвижнический труд коллектива САО уважаю беспредельно.

— А чисто школьные проблемы в вашей работе есть?


— Думаю, те же самые, что и у любой другой школы, особенно в глубинке. Нам даже легче, чем многим другим учебным заведениям, потому что у нас есть обсерватория. Пока она жива, будет жить и школа. И директор обсерватории и научные сотрудники — ближайшие наши помощники. Ни мы их от себя отделить не можем, ни они нас. Мы взаимосвязаны, мы одно целое.

— Высокий уровень образования в такой, я бы сказала, особой школе с особым контингентом детей тоже предъявляет, видимо, повышенные требования к учителям?


— Разумеется. У нас шесть учителей имеют высшую категорию, девять — первую и вторую квалификационные категории. Тоже учимся. Особые условия, действительно, стимулируют, да еще как. К любому уроку приходится готовиться лучше, чем просто добросовестно.

— У вас наверняка есть какие-то фирменные традиционные мероприятия в школе, которые специфичны только для вашего учебного заведения. Вот вы сказали, что Международная астрономическая олимпиада школьников проводится на вашей базе. Или на базе САО, но совместно со школой?


— Совместно со школой. Мало того, что наши дети принимают участие в олимпиадах, но они еще и очень сильно помогают организаторам и как переводчики и как организаторы. То есть приезжают ребята, а с ними, конечно же, надо проводить внеолимпиадные мероприятия на детском уровне. Поэтому все КВН, дискотеки, развлекательные конкурсы проводятся с помощью наших ребят. Детвора совершенствует английский язык, а это — дополнительное общение, новые друзья. В этом году наша школа участвовала в конкурсе на получение президентского гранта, на ее базе, естественно, было очень много мероприятий, в которых сотрудники обсерватории тоже принимали активное участие.

— А какие-то факультативы сотрудники обсерватории ведут в школе?


— Факультативных предметов, как таковых, в школе нет, тем более сейчас, когда переходят на предпрофильное и профильное обучение. Но научные сотрудники всегда помогают нам. Многие из них бывают в командировках за границей, привозят видеоматериалы, а нам это просто необходимо.

— Ваша школа признана лучшей в Карачаево-Черкесии, вы стали директором года. Эти успехи принесли вам лично какое-то звание?


— Никакого. Но об этом я никогда не задумываюсь. Став лучшей школой в Карачаево-Черкесии, мы готовимся к новому, теперь уже общероссийскому конкурсу, чтобы подтвердить свое звание и за пределами республики.

— Говорят, математика и другие дисциплины естественно-научного цикла развивают логику, а в плане лирики?


— О-о, еще как! Знаете, благодаря тому, что здесь живут Владимир Петрович Романенко и Наталья Петровна Клочкова, которые ведут кружок на общественных началах и ставят замечательные спектакли, у нас почти все дети — артисты. Иногда я даже сама удивляюсь. На уроке ребенок учится и отвечает и вроде ничего такого необычного в нем нет, но когда выходит на сцену — это вообще блеск!

— В принципе, у нас и в обыденной жизни, в условиях обычных городов и населенных пунктов школы нередко являются центрами культурной жизни, а здесь, наверное, это особенно обострено. Можно ли сказать, что школьные мероприятия становятся мероприятиями поселкового масштаба, целого академгородка?


— У нас любое мероприятие, которое проводит обсерватория или школа, становится событием для всего городка. Мы живем здесь единой семьей. Если наша музыкальная школа проводит отчетный концерт, это тоже для всех нас событие, даже праздник.

— Раньше у вас в гостях нередко бывали знаменитые люди, которые общались с детьми. А сейчас?


— Школы теперь вообще на второй план отодвинуты по жизни, поэтому даже если кто-то сюда приезжает, они сразу едут по верхней дороге на обсерваторию посмотреть. А школа, к сожалению, достопримечательностью для них не является. А жаль, ведь желание встретиться, поговорить неистребимо.

— Еще один отвлеченный, на первый взгляд, вопрос: у астрофизиков отношение к вере особое, в научном, так сказать, плане. С одной стороны — близость к звездам, с другой стороны — близость с древними христианскими храмами, с ликом Христа на скале. Все это как-то влияет на мировоззренческие взгляды детей?


— Скорее всего, влияет. Многие наши дети в церковь ходят. А в религиозных праздниках, которые проводит церковная община, ребята принимают самое активное участие. Причем здесь не только христиане, у нас есть мусульмане, иудеи. Мы все достаточно мирно уживаемся, но культа из этого не делаем. Хотя подчеркиваем, что вера должна быть у человека в душе. И самое главное, что эта вера не должна заставлять или толкать его на какие-то отвратительные поступки. Не сглазить бы, но у нас в школе нет наркомании, других вредных наклонностей. Наши дети далеки от этого… Вот то, что им закладывается с детства, и то, что до 17 лет они все-таки живут в мире нравственных ценностей, удерживает их в дальнейшем от плохих поступков даже в городах, где достаточно много соблазнов. Мы отслеживаем дальнейшие судьбы детей и радуемся, что в новом, взрослом мире они продолжают жизнь нормального человека. Это наше достижение — мы этим гордимся.

— Нина Ивановна, а сами вы удовлетворены тем, что ваша судьба вот так развернулась, что вы оказались директором этой школы в этом месте в этот час?


— Да.

— Вы воспринимаете это как хорошее сочетание звезд на небе?


— Вполне. Когда мне приходится выезжать далеко за пределы поселка и слышать привычный вопрос о том, где я живу и кем работаю, то с гордостью рассказываю о нашей обсерватории, о нашей школе, о нашей природной красоте. Наш педагогический коллектив не является научным подразделением САО, но школа при обсерватории — это все-таки особая ступень в будущее.

Зоя Выхристюк