Костюк Ирина Петровна



Ученый секретарь,
кандидат физико-математических наук

Ирина Петровна КОСТЮК

Если расстояние до звезды, обосновавшейся где-то на окраине Вселенной, обозначать в привычных для нас километрах, то потребуются колонки цифр со многими степенями. Для упрощения, чтобы не путаться в степенях, специалисты пользуются иной единицей измерения: скажем, от галактики «Колесо телеги», образовавшейся в результате столкновения других — маленьких и больших галактик, нас отделяет 500 миллионов световых лет. А вот расстояние до объекта С-520 (тоже две сталкивающиеся галактики) составляет всего 100 миллионов световых лет. Но и такой «специфический километраж» поражает масштабами, не укладываясь в голове у непосвященного человека, и воспринимается интригующей фантастикой.

— Ну что вы, — «успокаивает» кандидат физико-математических наук И. П. Костюк, — 100 миллионов световых лет — это для астронома достаточно близко. Как не для астронома до Солнца или других ближайших планет, исследованиями которых многие наши коллеги занимаются на радиотелескопе РАТАН-600.

Когда-то Ирина Петровна и сама зачитывалась фантастическими книжками. Собственно, детское увлечение фантастикой и привело ее, по собственному признанию, в астрономию — в Киевский государственный университет. Когда научный руководитель в аспирантуре Игорь Дмитриевич Караченцев решился сменить «научное место жительства» и переехал в открывшуюся на берегах Большого Зеленчука обсерваторию, за ним потянулись многие. С тех пор прошло три с половиной десятилетия.

— Но прочная «киевская диаспора» в САО сохранилась, — с гордостью добавляет Ирина Петровна.

Сама она занималась исследованиями галактик, на основе которых успешно защитила в 1985-м кандидатскую диссертацию, а через три года ее утвердили ученым секретарем САО. Новую работу Ирина Петровна пыталась поначалу совместить со своими научными разработками, но жуткий цейтнот времени заставил сделать выбор. Разумеется, не без сожаления она дистанцировалась от собственных исследований, но после непростого решения и в силу личных проблем остановилась на канцелярской, казалось бы, но важной и ответственной должности ученого секретаря. Составляя научные заявки, отчеты и планы обсерватории, она как бы концентрирует все научные направления коллег, поэтому всегда в курсе всех дел, как и подобает опытному помощнику директора САО по научно-организационным вопросам.

Каждый человек имеет свои особенности. Быть может, в научном мире они проявляются еще в большей степени. Уверенного в своей позиции научного сотрудника трудно переубедить. Поэтому ученому секретарю пристало быть не только компетентным специалистом, но и в какой-то мере психологом. Но Ирина Петровна опять деликатно «упрощает»:

— Просто необходимо быть со всеми в добрых отношениях, а это совсем не сложно, потому что коллектив у нас хороший и люди замечательные.

Существуют, так сказать, индивидуальные исследования, которые научные сотрудники выбирают по собственной инициативе. Это их тема, их надежда на грант. А есть программы, по которым обсерватория получает финансирование в результате конкурсов. И таких конкурсов становится с каждым годом все больше. Текущей работы, в том числе «канцелярской», прибавляется.

Особо, пожалуй, следует отметить работу со студентами.

— Поскольку наша обсерватория является на сегодня крупнейшей в России, где к тому же представлены одновременно и оптика и радио, то все вузы, которые готовят астрономов, стараются направлять студентов именно к нам, — рассказывает Ирина Петровна. — Ежегодно сюда приезжают до 150 молодых людей. Так у нас появился учебно-научный центр. А в прошлом году в содружестве с шестью университетами — Московским, Санкт-Петербургским, Казанским, Уральским, Ростовским и Ставропольским — мы выиграли конкурс на создание научно-образовательного центра. Добавлю, что это единственный в России подобный центр в области физики.

— Любопытно, а сколько из этих 150 практикующих и пишущих дипломы студентов остается после университета на работе в обсерватории?


— Два-три, не больше. Во-первых, не все выпускники становятся астрофизиками, а во-вторых, далеко не все хотят здесь жить. Для этого надо быть, пожалуй…

— …фанатом?


— Ну не фанатом, а просто человеком, который может себе позволить нормально жить и заниматься любимым делом, не привязывая себя к большим городам.

— А сами вы никогда не испытывали сожаления от того, что получили постоянную прописку в обособленном ущелье, хоть и с романтическим неофициальным названием «звездного»?


— Я всегда была равнодушна к большим городам, а здесь мне очень нравится, больше того — я влюблена в эти живописные места.

— Ирина Петровна, а с детской увлеченностью фантастикой вы расстались и, если нет, то не вызывает ли современная фантастика улыбку у такого сведущего в области тайн читателя?


— Возможно, необычная область наших исследований и впечатляет постороннего человека. Ведь чем дальше от нас исследуемый звездный объект, тем мы ближе к разгадке начала Вселенной. Но для нас это все-таки обычная, будничная работа. А фантастику иногда читаю — и без иронических улыбок. Это же художественная литература, а не научная статья. Так что многое зависит даже не от содержания фантазии, а от того, как ее представляет автор и как воспринимает читатель. В детстве она меня захватила, но и при реальном соприкосновении с наукой сильные детские впечатления остались. А вот что касается так называемых «зеленых человечков», то к ним мое отношение очень скептическое. Думаю, если бы контакт с ними существовал, о нем все равно узнали бы — или от самих «пришельцев», или от тех, кто их нашел.

В мире происходит так много экзотических явлений и не всегда с первого взгляда объяснимых фактов, что я поостереглась бы все списывать на инопланетян. К нам в обсерваторию часто звонят люди, сообщая о необычных явлениях в небе. Как могу, я успокаиваю их и объясняю, что в атмосфере много чего происходит — то космические испытания спутников и ракет, то оптические явления. Сталкиваясь с непонятными фактами, даже человек посвященный хотел бы найти им красивое объяснение. Людям всегда ведь хочется чего-то необычного — как в сказке.

…Просто удивительно, как упорно мы не замечаем, что реальный мир порой красивее и богаче легенд. Взять ту же обсерваторию, родившуюся ровно 40 лет назад среди живописных горных хребтов Большого Зеленчука, где десять с лишним веков назад находился центр некогда сильного государства Алания. Где пролегал знаменитый Шелковый путь, по которому шли караваны купцов — и на горных дорогах встречались средневековые цивилизации Запада и Востока. Где кладовая истории горного края хранит еще много неразгаданных тайн. В живописном ущелье для 400 с лишним сотрудников САО вырос изолированный поселок с развитой инфраструктурой — с амбулаторией, детским садиком, школой, самодельной зоной отдыха… А по концентрации ученых степеней это крохотное уникальное поселение может затмить любой крупный центр. Вы только представьте себе высотный жилой дом, в котором — по точной статистике ученого секретаря Ирины Петровны Костюк — одновременно проживают почти 50 кандидатов, 23 доктора наук, один академик и один член-корреспондент РАН. Вот так древние легенды переплетаются с покоряющей человеческое воображение былью.

Анатолий Красников