Колесников Геннадий Михайлович


Геннадий Колесников

«Тополя, тополя, солнцем коронованы…» Будто не стихи, известные всему миру (как их поют японцы!), а позывные сердца. Беспокойного, любящего сердца Гены Колесникова.

Вот и еще один год прошел без него. Но что значит «без него»? Он живет в светлых, пронзительных своих стихах, а значит – с нами. Северокавказское издательство «МИЛ» выпустило в память о поэте сборник его стихов «Любовь была совсем недолгой», который по праву можно назвать избранным. Не случайно в него включены стихи вдовы поэта Жени Заславской, так много делающей, чтобы и сегодня Гена был с нами.

Его не называли полным именем те, кто знал. Потому, наверное, что в этом тоже выражалась любовь к нему. Не любить его было невозможно. Как и не откликнуться на распахнутость души, детское умение не переставать удивляться. Всему – новому дню, родным местам, стойкости ветеранов, кумирам своим в поэзии – Пушкину и Лермонтову. Все это – в его стихах.

Стихи Геннадия Колесникова издавали в Москве, Ставрополе, Алма-Ате. По ним можно увидеть, как – несмотря на нездоровье – легок был на подъем поэт. Ему была интересна вся страна: стихи с БАМа написаны в поселке Магистральный; «Отпуск»: «На этот раз / Махну на Север…»; «Расскажи мне, / Калмычка…»; «Фламинго» он встретил, «Где мерцают огни Мангышлака, / Где соленые ветры свистят…»

Перечитайте «Фламинго» «И не смейте / По душам стрелять!»¶

Н. Островская

 

Россия –
Боль и песенность моя,
Полями вей,
Труби таежной глушью.
В глаза впадают реки,
Как в моря.
И, словно в сад,
Весна ворвалась в душу.
Россия,
Мне не надо кабаков,
Собольей шубы на плечо
Не надо,
Колоколам летящих облаков
И зодчеству морозов
Сердце радо.
Я напролом иду
В судьбу свою
Без друга, без жены
И без здоровья.
Проверь меня,
Как пулями в бою,
Дождями,
Жаркой пылью,
Бездорожьем.
Россия,
Ты поймешь печаль мою,
Ни бед своих,
Ни радостей
Не прячу.
И по ночам я плачу,
Как пою.
И по утрам пою я,
Словно плачу.
О Родина!
Раскованная Русь!
Твоей землею
Я взращен
И вскормлен.
Живой и мертвый,
В радости и в скорби
Всецело - твой.
И этим я горжусь.
Закрыв глаза,
Токуют глухари.
И сыплет на ветру
Брусника росы.
В степных курганах
Спят великороссы –
Отцы мои,
Соотчие мои.
Когда горит река
На склоне дня,
Я оторваться от нее
Не в силе.
И если б в мире
Не было России,
То не было бы
Сердца у меня.



Не знаю,
Долго ль буду петь.
Не знаю,
Путь ли свой осилю.
Но очень хочется
Успеть
Воспеть
Любимую Россию.
Течет великая река,
Богаты красной рыбой воды.
Хочу,
Чтоб продолженьем Волги Была последняя строка.
Угас сентябрь в лесном краю,
Листвой усыпана дорожка.
Хочу,
Чтоб тихий стук в окошко Наполнил счастьем грудь твою. Не знаю,
Сколько в небе звезд
И сколько роз
Земля взрастила.
Но очень хочется –
До слез,
Чтоб их
Всем женщинам хватило.



Горы


Я тяжело к вершинам восхожу.
Остреет взгляд,
И сердце чаще бьется.
Задумавшись,
Над облаком сижу,
Где только ветер,
Синева и солнце.
А там –
Внизу –
В аулах льется кровь... баранья,
Шашлыки на углях брызжут.
Ворчат собаки,
Соль коровы лижут,
И дети спят в тени роскошных крон.
И на крыльце сидит сухой старик,
Который сам не знает, сколько прожил,
И раздаются женский стон и крик
Нa брачном или же на смертном ложе...
В горах не слышу я людскую боль,
Ничья улыбка мне в лицо не светит.
И, отстранив
Страданья и любовь,
Я думаю о вечности и
Смерти.