Климов Элем Германович

В семье Достоевских существовала так называемая анкета самопризнаний. Ее заполняли гости семьи: друзья и знакомые, родные и близкие, люди известные и самые обыкновенные. Вероятнее всего, эту анкету составила жена Фёдора Михайловича Анна Григорьевна, но при участии самого Достоевского.

В 1990 году российский фонд культуры предложил журналисту Валерию Перевозчикову написать книгу, которая была бы основана на анкете Достоевского. В 1990-93 гг. было записано около 50 интервью с известными актёрами, режиссерами, писателями, поэтами. К сожалению, издательство, которое планировало выпуск этой книги, в 1994 г. закрылось, и книга «Какой смертью вы хотели бы умереть?» осталась в рукописи.

Сегодня мы публикуем интервью, которое дал Валерию Перевозчикову известный кинорежиссер Элем Климов, к сожалению, недавно ушедший из жизни.

– Есть ли у вас любимый афоризм?

– Давайте возьмем Сартра – «Ад – это другие».

– Ваше любимое занятие?

– Чтение. В данный момент читаю историческую литературу.

– Это имеет отношение к вашей работе?

– В какой-то мере – да. Мы разрабатываем новый проект, но до его реализации еще далеко.

– Что вы цените в людях?

– Честность.

– Какие человеческие недостатки склонны прощать?

– Говорят, что недостатки – это продолжение наших достоинств. Поэтому за недостатками надо видеть и достоинства. Вообще, стараюсь прощать.

– А что не прощаете?

– Подлости, умышленной подлости.

– Ваше отношение к браку.

– Семья – это святое. Мне повезло, у нас была отличная семья, отец был прекрасным человеком. Царство ему небесное. Я уже не говорю о матери… Мама еще жива – замечательный человек. Они с отцом прожили вместе более пятидесяти лет. Мы успели отметить золотую свадьбу. И мне самому очень повезло, я имею в виду жизнь с Ларисой Шепитько.

– Есть ли у вас цель в этой жизни, кроме того, чтобы жить?

– Одним словом тут, наверное, не сформулируешь. Но если человеку что-то дано, он обязан попытаться максимально самореализоваться. И тем самым выполнить свой долг на этой земле. Этим он внесет свой, пусть маленький вклад в совершенствование жизни. Этот процесс связан с самосовершенствованием. И только если ты этим занимаешься, ты будешь интересен и полезен людям.

– А к самонаказанию вы не прибегаете?

– К внутреннему самобичеванию, конечно, прибегаю время от времени. И вообще, склонен относиться к себе очень критически. В частности, к своему творчеству.

– Верите ли вы в судьбу?

– Верю. В свое время я разговаривал с умным и интересным астрологом. Он сказал, что, конечно, человеку путь предначертан. Но дальнейшее уже зависит от того, по какой программе живет человек: по низкой, средней или высокой. Если человеку удается жить по высокой программе, и он контролирует это, то он может даже влиять на свою судьбу. Ну, а если плыть, так сказать, по воле волн, то…

– Что такое счастье?

– Мой коллега и товарищ Андрей Тарковский утверждал, что счастье как понятие не существует. Но мне кажется, что оно все-таки существует, и это счастье – любовь.

– А несчастье?

– Это ужасное стечение обстоятельств.

– В какой исторической эпохе вы хотели бы жить?

– Наверное, в нашей.

– И как вы ее оцениваете?

– Может быть, век, в который нам довелось жить – самый жестокий и трагический. Но и самый интересный. Меня судьба одарила счастьем жить в России, потому что энергетика этой страны несравнима ни с какой другой. Поверьте мне, я бывал во многих странах, мне везде скучно.

– Чем-то одним облагодействовать человечество вы бы хотели?

– Я бы все сделал, чтобы никаких – ни больших, ни малых – войн не было. Мой фильм «Иди и смотри» этому и посвящен.

– А после этого фильма, кажется…

– Да, я занимался общественной деятельностью… Пытался начать новую работу…

– Время не очень благоприятное для серьезных фильмов. А у вас есть рецепт как выжить?

– Знаете, надо попытаться сохранить мир в душе, и если тебе это удается, то это распространяется и на других.

– Спасись сам и многие спасутся вокруг?

– Да, можно сказать и так.

– Какова главная черта вашего характера?

– Наверное, упрямство.

– Обычно вы добиваетесь своего?

– Не могу сказать, что на сто процентов. Но когда чего-то очень захочу, то добиваюсь.

– А что бы вы хотели изменить в самом себе?

– Многое.

– Ну, например?

– Хотел бы не потерять способности к творчеству, хотя с годами это случается. Не потерять жизнелюбия. Но бывают такие очень грустные моменты, когда кажется, что начинаешь это терять. Я стараюсь не допускать такого настроения. А для этого нужна внутренняя работа, сохранение веры в жизнь.

– Знаете, у Пикассо есть такая знаменитая фраза: «Мне понадобилось много времени, чтобы стать молодым"…

– Да, это дано не всем. Может быть, философам…

– Как вы думаете, то что вы сделали, останется?

– Мне трудно об этом судить, тем более, что кино – одно из самых хрупких видов искусства. Кино, как ни один другой вид искусства, стареет очень быстро, просто в силу своих технических особенностей. Ведь очень мало фильмов, которые «на все времена».

– Главное событие вашей жизни…

– Лариса Шепитько.

– Ваше отношение к Богу.

– Я верю в Бога.

– К смерти…

– Я думаю, что до последней секунды я буду верить, что смерти нет.

– А какой смертью вы хотели бы умереть?

– Конечно, в бою.

– Что вас огорчило в последний раз?

– И в последний, и не в последний раз меня очень огорчает то, что происходит в нашей стране.

– С вами случались чудеса?


– Случались. Из приятных чудес – у меня однажды было ощущение, что я взлетел. Это было не во сне, были даже свидетели. Но на кинопленку это не зафиксировано.

– Каков круг вашего общения?

– Очень широкий. Вы знаете, что мне много пришлось заниматься общественной деятельностью, и тогда круг моего общения чрезвычайно расширился. А поскольку я еще и авиационный инженер по образованию, позже занимался сценической деятельностью, потом кинематографом, а кино – искусство коллективистское, то вокруг меня всегда было много людей. Но это совсем не значит, что было много друзей.

– А что вы цените в своих друзьях?


– Когда образуются эти невидимые душевные, сердечные связи, и они бережно сохраняются. Это одна из самых больших ценностей в нашем довольно жестоком мире. Когда ты знаешь, что ты не один.

– Есть ли у вас друг на всю жизнь?

– Есть. Это мой брат. Кто-то из древних сказал, что брат – это друг, дарованный природой…

– Есть ли вопрос, который вы хотели бы задать самому себе?

– Сделаю ли я еще что-то в этой жизни? Потому что я не удовлетворен тем, что я сделал… Может быть, я запланирован на нечто большее, но позволят ли мне обстоятельства? Почему я еще затормозился с последним проектом?.. Это не экранизация «Мастера и Маргариты», а материал значительный, для того, чтобы выразить себя. Выразить максимально. И тут я вспоминаю строки из письма Андрея Платонова жене: «Невозможное – невеста человечества. К невозможному летят наши души».

– И последний вопрос. Насколько искренне вы отвечали?

– Вполне искренне.


Валерий ПЕРЕВОЗЧИКОВ