Сайт создан при поддержке Общественной палаты РФ
 


Очередное заседание комитета городской думы подошло к концу. Депутаты шумно отодвигали стулья, прощались с Аллой Евгеньевной и один за другим покидали кабинет. На ходу они продолжали перебрасываться репликами, отстаивали свою точку зрения, при этом кто-то согласно кивал головой, кто-то с сомнением пожимал плечами. Наконец, дверь за последним закрылась. Кабинет опустел.

Алла Евгеньевна подумала о том, какие разные люди собрались в депутатском корпусе! Все умные, образованные, неравнодушные, но кто-то обладает горячим темпераментом, переходя в своих выступлениях на повышенный тон, а кто-то может долго и настойчиво доказывать свое. Иногда словесные баталии затягиваются допоздна, страсти накаляются до такой степени, что грозят превратиться в ссору. И тогда в голосе Аллы Евгеньевны появляются металлические нотки, которые охлаждают самые горячие головы. Но чаще всего депутаты в совместных мучительных размышлениях пытаются найти выход из какой-нибудь трудно разрешимой ситуации, в которую загнало их бушующее за окнами время экономических и политических реформ.

Необоснованный рост тарифов, инфляция, скрытая безработица, повсеместное удорожание жизни – все это легло тяжелым бременем на плечи людей, чьи права обязаны были защищать депутаты. Но как уберечь и без того худые кошельки горожан от очередных платежей, не вступая в противоречия с законом? Как защитить и без того израненные души стариков, инвалидов, одиноких матерей, малообеспеченных и многих других людей, с содроганием и болью ожидающих очередного государственного вердикта, которые, ставя перед собой в общем-то благие цели, почему-то лишь сужают тиски их и без того нелегкого существования? Как объяснить им необъяснимое? Как найти разумный компромисс?

Думе приходится лавировать, спорить, просчитывать разные варианты решения проблем, кроить и перекраивать и без того скудный городской бюджет. Приходится вступать в противостояние то с энергетиками, то с газовиками, то с тепловиками, отстаивая доли процентов от предстоящих скачков цен. С монополистами, правда, особо не поспоришь, но даже их маленькие уступки дорогого стоят и даются непросто, ох, как непросто!

Как много в таких ситуациях значит позиция председателя думы, ее позиция – Аллы Евгеньевны Петренко, которая вот уже пять лет возглавляет депутатский корпус города и живет проблемами и чаяниями пятигорчан.

Алла Евгеньевна окинула взглядом свой просторный светлый кабинет и припомнила, как нерешительно переступила его порог в свой первый рабочий день. Как она тогда волновалась! Новоиспеченный депутат, неожиданно для многих, и в первую очередь для себя самой, избранный председателем думы, она смотрела на теснящиеся на столике телефоны и с ужасом ждала, что они вот-вот зазвонят. Что тогда отвечать, что предпринимать?

Алла Евгеньевна улыбнулась той прежней себе – еще неопытной и растерянной, которая из любимой ею школы, из такой уютной и привычной сердцу обстановки с галдящей ребятней, учебными задачками и педсоветами, вдруг оказалась в руководящем кресле одной из самых значительных должностей города. С тех пор много воды утекло, многое изменилось. Какими только проблемами не приходилось заниматься председателю думы, на сколько звонков в день отвечать, сколько посетителей принимать, сколько совещаний проводить! Алла Евгеньевна не соблюдает графика приема людей, отмахивается от него как от пустой формальности, и любой, кто постучится в дверь думского кабинета, может рассчитывать на ее внимание и время. Особенно ветераны, увидев которых она обязательно почтительно встает из-за стола.

Безусловно, она устает от просьб, слез, жалоб, чужих проблем, от чужой, зачастую злой отрицательной энергетики. Приход домой не всегда спасает. Люди звонят и туда, бесцеремонно вторгаются в личную жизнь.

Конечно, не всем обратившимся она может помочь, не все вопросы решить. Но как бывает приятно, когда на улице к ней подходят люди и благодарят: спасибо, помогли, решили, защитили... А она порой и не помнит имени благодарящего: не фиксирует, не записывает свои добрые дела, не потрясает потом аудитории их обширным перечнем.

Бывает и обратная реакция, когда люди набрасываются с претензиями по поводу тех или иных непопулярных законов, не желая понять, что отмена их не в компетенции городской думы. И вновь болит голова у депутатов: как снизить социальное напряжение, как помочь людям выстоять, как облегчить им жизнь?


В минуты бессилия и усталости Алла Евгеньевна оборачивается назад, в свою прежнюю жизнь, на свою родную школу – и у нее теплеет на сердце...

...Алла Евгеньена собрала бумаги, некоторые положила в сумку, решив перед сном еще раз их просмотреть. Потом оделась, попрощалась со всеми и поехала в свою родную гимназию, где были еще не решенные вопросы, и откуда она, казалось, еще совсем недавно шагнула в депутаты.

Школа была ее призванием, ее любовью, ее искренней и глубокой привязанностью. Она с детства мечтала о профессии педагога, девочкой расчерчивала «классный журнал» и ставила в нем отметки соседской ребятне за хорошую игру в мячик. Была до того щупленькой, что мать поддевала ей под платье накрахмаленную юбочку, чтобы как-то скрыть худобу.

Сразу после школы пединститут ей не дался – не добрала баллов. Мечту отодвинула, но не забыла. Пошла работать. Сначала никто не хотел брать маленькую застенчивую девушку с тихим голосом: ни на завод, где она почему-то решила поработать токарем, ни в ветлечебницу, где готова была сутками ухаживать за животными, – никуда. Потом за Аллу заступилась бывшая воспитательница в детском саду: она уговорила мужа, который работал в «Сельэнергопроекте», взять к себе ее воспитанницу.

Проектный институт стал для Аллы Евгеньевны настоящей школой жизни. За три года, проведенных в его стенах, она работала техником-электриком, корректором, секретарем, чертежником, библиотекарем, ездила на изыскательские работы в поле. Ей было интересно и хорошо с людьми, которые по-доброму опекали молодую девушку, учили уму-разуму, помогали в работе. В какой-то момент она даже заколебалась в выборе вуза, но изменить своей детской мечте так и не смогла. «Только учительницей!» – решила Алла окончательно и через какое-то время уже бежала на лекции в Пятигорский педагогический институт.

Училась она с удовольствием, только на «отлично». На пятом курсе перешла на индивидуальную программу и одновременно стала работать в школе № 16 старшей пионервожатой. Через какое-то время ей выделили часы русского языка и литературы, и счастью ее не было предела.

Свой первый класс она любит до сих пор, помнит всех ребят по именам. Ученики выросли, разлетелись по всему свету, но пишут ей письма, шлют открытки из других городов, стран. Приезжая, обязательно навещают. Они давно уже просто друзья, чьи отношения основаны на уважении, доброй памяти.

Петренко улыбнулась, вспомнив реакцию своего мужа на мальчишек и девчонок, которые с игрушками в руках стояли под окнами роддома. Пришли проведать свою учительницу. «Да что это за педагог такой?» – хотел, было, возмутиться ее супруг и обомлел, услышав громкое ребячье: «Алла Евгеньевна!»

Нет, хороший у Петренко был класс, замечательный. Алла Евгеньевна самыми добрыми словами вспоминает и директора СОШ № 16 Николая Михайловича Рыбникова, умного, чуткого педагога. Не каждый руководитель разрешил бы маленькому ребенку сидеть на уроках в классе. А он позволил. Петренко тогда некуда было девать сына: ясли он не признавал, кричал так, что воспитатели не могли скрыть радости, когда малыша забирали. Вот и пришлось держать его на задней парте, где он сразу затихал и самозабвенно возил карандашами по бумаге. Можно сказать, что ее сына вынянчил класс.


Комфортнее всего, лучше всего Петренко чувствует себя именно в школе, которую любит до боли в сердце. Работа в городской думе – это ее второй уход от любимого дела. Первый был в 1970 году, когда ее рекомендовали в горком партии. Сначала она работала в отделе пропаганды и агитации, потом стала директором Университета марксизма-ленинизма. Но не лежала душа Аллы Евгеньевны к партийной работе, не ее это было дело, не по сердцу. Тянуло обратно в школу, к детям, в чем откровенно и призналась тогдашнему первому секретарю горкома партии Виктору Алексеевичу Казначееву.

Тот помолчал, подумал и решил: быть ей директором новой, еще строящейся на Белой Ромашке школы. Алла Евгеньевна запаниковала: как директором, не умею, не смогу... Но с Казначеевым особо не поспоришь, его слово было для всех законом. Масштабный человек, дальновидный и умный руководитель, он прекрасно ориентировался в людях, был жестким в своих требованиях, но одновременно и поддерживал, помогал встать на ноги.

По утрам Казначеев частенько появлялся на строительстве ее школы, в сапогах и рабочей куртке ходил по зданию, сам проверял качество работ. Советовал и помогал в делах. Алла Евгеньевна и сейчас по-доброму вспоминает Виктора Алексеевича и горком партии, где умели воспитывать, создавать, «лепить» руководителей, чего так не хватает сегодняшнему времени. Трудно поверить, но в детстве Алла Евгеньевна была очень тихой и незаметной девочкой. И в институте выступление перед аудиторией было для нее трагедией. Именно горком партии научил ее не бояться больших залов, избавляться от комплексов, уметь разбираться и понимать людей.

Наверное, поэтому директорствовать ей было легко. Петренко знала многих руководителей в городе, обращалась к ним за помощью. Ей не отказывали, откликались, и строительство школы через год было завершено. Коллектив она подбирала сама, взяв за основной критерий любовь к детям и преданность избранной профессии.

В те годы Петренко часто спорила с коллегами, которые советовали ей придерживаться золотой середины, не вылезать с инициативами. Она спорила, доказывала и поступала по-своему. В результате превратила свое детище сначала в школу-гимназию, а потом и просто гимназию, кстати, первую в Ставропольском крае. Раньше многих других внедрила у себя профильные классы: гуманитарные, математические, химико-биологические... О пятигорской гимназии № 4 заговорили в крае, о преподающих здесь профессорах местных вузов писали в “Учительской газете”. На встречу с детьми приходили ведущие литераторы не только Ставрополья, но и страны – Михаил Дудин, Давид Кугультинов и другие. Ни один год не обходился без награждения почетными грамотами за призовые места в конкурсах художественной самодеятельности, всевозможных олимпиадах, за военно-патриотическое воспитание.

Большой популярностью пользовался существовавший в школе Совет отцов, который возглавлял Михаил Давыдович Соляр. Создан он был только с одной целью – повысить роль мужчины в семье и приобщить его к воспитанию детей. Эти встречи проводились душевно и тепло. Алла Евгеньевна тешит себя надеждой, что разговоры об ответственности перед детьми, добрые советы педагогов, возможно, предотвратили распад не одной семьи. До сих пор Петренко считает, что чище, лучше, благороднее дела, чем школа, нет.

...Вот, наконец, Алла Евгеньевна подошла к подъезду своего дома. Поднимаясь по ступеням, невольно поежилась. Сколько времени прошло, а она все помнит тот неожиданный удар, чуть не ставший для нее роковым. Били, видимо, доской по голове, били сильно. Спасла меховая опушка на шали да высокая прическа. Придя в сознание, долго не могла поверить в случившееся. Болела рана, болела душа. За что? Почему? Да, школа выдвинула ее кандидатом в депутаты городской думы. Да, после долгих размышлений она дала свое согласие. Да, жители округа, через ее школу прошли три их поколения, поддержали ее кандидатуру. Да, свою деятельность она посвятит благополучию родного города. Разве за это наказывают, да еще столь жестоко?


Когда человек на виду, у него сразу увеличивается количество недоброжелателей. Петренко старается на чужую зависть не реагировать, встречать людей улыбкой. Ведь что такое власть? Сегодня она может поднять человека на самый верх, а завтра отбросить далеко в сторону. Земля все-таки круглая, встреч и расставаний на ней не избежать. Главное, считает Петренко, всегда оставаться человеком.

...Алла Евгеньевна достала из сумки ключ. За дверью раздалось радостное повизгивание. Ее любимый пудель едва дождался, когда войдет хозяйка. Завертел коротеньким хвостиком, ткнулся влажным носом в лицо, засучил лапками. «Ах ты, моя прелесть!» – голос ее дрогнул, ком в горле пережал дыхание. Больше ее никто не встречал. Она уже никогда не услышит знакомых шагов и громкого шутливого ворчания: «Что так поздно?» Ее Пети, мужа, больше нет.

Алла Евгеньевна сняла пальто, прошла в комнату и села в любимое мужнино кресло. Пудель, словно почувствовав настроение хозяйки, свернулся клубочком на ее коленях, затих.

...Впервые он увидел ее в институте, на вступительных экзаменах. Подошел знакомиться. Присмотрелся повнимательнее к зеленоглазой застенчивой девушке и решил, что она станет его женой. Так ей об этом и объявил. Алла только посмеялась. Видный, интересный, с густой копной вьющихся волос, Петр привлекал внимание не только сокурсниц. Он был секретарем вузовского комитета комсомола, всегда на виду, всегда в центре событий. Не одна девушка мечтала о таком женихе, но для Петра Петренко существовала только она – Алла. После нескольких лет упорных ухаживаний он как-то на лошади прискакал навестить ее в колхоз, где Алла проходила практику. Уставшая, намаявшаяся от несметного количества мышей, которых она до ужаса боялась, Алла так обрадовалась его появлению, что на обычный вопрос о замужестве на этот раз не отказала.

Свадьба была студенческой, комсомольской, не очень богатой столом, но веселой и светлой. Алла Евгеньевна вспомнила, как ребята застелили высокие ступени здания нынешней художественной школы, где тогда проходило бракосочетание, коврами и обсыпали их хмелем.

У молодоженов практически ничего не было, жили бедно. Все имущество жениха умещалось в маленьком чемоданчике. Не богаче была и невеста. Отец Аллы, пришедший после войны инвалидом, да мать, работавшая бухгалтером, особо помочь молодой семье не могли. Разве что выхлопотали им освободившуюся комнату в коммуналке, где жили сами. Родственники подарили диван, несколько тарелок, ложек. Так началась их семейная жизнь. И как показало время, счастливая жизнь.

Петр Иванович был настоящим хозяином дома, за ним она чувствовала себя, как за каменной стеной. Зная его ревнивый шумный характер, Алла Евгеньевна старалась не задерживаться на работе. Встречала мужа аппетитными запахами с кухни, уютом, улыбкой. Более всего ей удавался гусь – мягкий, сочный, душистый. Как нравились ей эти семейные ужины – с его шутками, веселыми рассказами о работе, умными советами и галдящими вокруг внуками. Петр Иванович любил свою жену, даже помнил, в какой кофточке она была в день их знакомства. Бережно хранил ее свадебное платье – маленькое, скромное, которое они выбирали вместе.

Его смерть стала ударом в спину. Она обрушилась без предупреждения, без подготовки, подло. Петр Иванович позвонил ей из университета, где работал заведующим кафедрой педагогики, и пожаловался на неважное самочувствие. А через час его не стало – отказало сердце. Врачи сказали, что спасти его было нельзя.


С супругом Петром Ивановичем


...Пудель завозился у нее на коленях, горячим языком слизал слезы, скатившиеся из ее глаз. Алла Евгеньевна погладила мягкую шерстку, оглядела свой пустой дом, послушала непривычную тишину. Как будто прочитав ее мысли, позвонил сын: «Как ты, мама?» Она постаралась его успокоить, но голос выдал. Сын заторопился к ней.

Теперь вся ее жизнь заключена в нем – Петре-втором. И во внуках – Даше, Никите и Петре-третьем, который сейчас живет вместе с ней. Как она хочет, чтобы все они были счастливы!

Алла Евгеньевна потянулась за сумкой. Из нее выпала открытка, ее поздравляли с женским праздником. Председатель краеведческого общества Раиса Сергеевна Белаш писала: «Как повезло Пятигорску! У него есть женщина с добрым сердцем и нежной душой, проницательным, острым умом и лицом Мадонны. Берегите свое здоровье и силы, вы нужны городу, всем горожанам».

Слезы вновь навернулись на ее глаза. Подумалось: сентиментальной что-то стала с годами. Требовательный звонок телефона заставил прийти в себя. Уже спокойной рукой подняла трубку. Ее приглашали на торжественное мероприятие – юбилейный вечер знакомой поэтессы. Что ж, очередной воскресный день вновь не будет выходным. Но к подобному Алла Евгеньевна уже привыкла. Это ее судьба, ее доля – быть с людьми, жить их заботами и проблемами, делить с ними и радость их, и беды. Земля все-таки круглая. д|л

Е. Куджева

Вернуться назад

Купить или забронировать горящие путевки в санатории Ессентуков, Железноводска, Кисловодска, Пятигорска, отдохнуть в санатории КМВ вы можете здесь.