Сайт создан при поддержке Общественной палаты РФ
 


Говорят, плох тот солдат, который не мечтает стать генералом. Язов не мечтал, но стал Маршалом СССР, Министром обороны страны. А вот в юности он представлял, что будет в красной рубахе верхом на лошади ездить по цветущим лугам и слагать стихи. Он мечтал стать... поэтом. Стихи, конечно, остались с ним на всю жизнь – его пристрастием, глубоким увлечением, его отдушиной.

Даже ненадолго приехав на Кавминводы, Язов посвятил городу у Машука вдохновенные поэтические строки. Ведь возможно, что здешние камни еще хранят следы двух великих людей, которых боготворит Дмитрий Тимофеевич, – Пушкина и Лермонтова.


Маршал Советского Союза Д. Т. Язов во время визита в КНДР


Судьба распорядилась иначе: вложила в руки не перо, а штык и винтовку, и романтическую косоворотку сменила на суровую шинель. Она вообще его не баловала. В девять лет оставила сиротой, отняв отца, и в большой крестьянской семье сделала главным помощником матери и кормильцем для младших братьев и сестер, которых вместе с двоюродными было девять человек. Наколоть на зиму дров, заготовить сено для коровы и овец, подлатать избу, младших обиходить – все это легло на его мальчишеские плечи, наливая их силой и стойкостью, закаляя и вырабатывая характер. Мужской характер, когда слово не расходится с делом, когда несешь ответственность за слабого, когда умеешь встать под пули и не потерять голову от звуков фанфар.

Школу Дмитрий Язов окончить не успел – началась Великая Отечественная война, когда на защиту своей страны встали и стар, и мал. В военкомате сказал, что ему уже исполнилось 18 лет. Военный комиссар догадался, что парнишка прибавил себе год, но смолчал, решил: мол, пока отучится в военном училище, там, глядишь, и война закончится. Никто ведь не знал, что продлится она четыре долгих кровавых года.

И вот 1942 год, молодой лейтенант Дмитрий Язов вместе с другими выпускниками Московского училища Военного Совета РСФСР попадает на Волховский фронт. И в первый же день получает урок, который помнит до сих пор. Приняв рапорт молодого пополнения, начальник штаба дивизии приказал новобранцам подойти к опушке леса. Там они стали свидетелями приведения в исполнение приговора военного трибунала. После коротких речей командира и комиссара дивизии председатель трибунала зачитал приговор, а один из офицеров подошел к растерянному, сломленному страхом молодому лейтенанту, приставил к его голове пистолет и выстрелил. Упавшее в болото тело молча забросали торфом…

Так осуществлялся на деле знаменитый сталинский приказ «Ни шагу назад!». На глазах Дмитрия Язова расстреляли молоденького командира взвода, который, испугавшись, бросил своих солдат и отступил. Отступил один, потому что взвод атаку противника отразил. Его расстреляли за малодушие, за трусость. Жестоко? Безусловно. Но с высоты прожитых лет оценивая прошедшую войну, поражения и победы, Дмитрий Язов оправдывает сталинский приказ.

Это был год яростного сопротивления советских войск, год отчаяния и непонимания: почему мы отступаем, почему сдаем врагу города и села, почему предаем женщин, стариков и детей, остающихся в оккупации? Немецкая армада напирала с такой мощью, что многие сломались, не выдержали, побежали. Приказ Верховного главнокомандующего и созданные им отряды СМЕРШ остановили в рядах отступающих советских войск растущую панику. Только на Сталинградском фронте с 15 августа по 10 октября 1942 года было задержано более 130 тысяч дезертиров, около тысячи расстреляно и 3,5 тысячи отправлено в штрафбаты.

Такова страшная беспощадная правда войны. Но уже полстраны было под пятой фашистов, а около 80 миллионов советских людей страдало в оккупации.

Маршала Язова нельзя обвинить в излишней суровости. Насколько позволяли условия, он щадил своих солдат, жалел их. Тогда, на Волховском фронте, для него – командира взвода – главными были они. Вначале его несколько задевало, что подчиненные за молодость называли своего командира «сынок» и посмеивались: дескать, пороху-то еще не нюхал. Но спустя некоторое время в авторитете взводного уже никто не сомневался. Во-первых, немногие тогда в достаточной степени владели грамотой, а Дмитрий Язов мог самостоятельно составить таблицу непоражаемого пространства, определить дальность полета пули или снаряда, произвести расчет по карте и многое другое. Во-вторых, он честно делил с ними все тяготы войны и трудного солдатского быта.


Парад принимает командующий войсками
Среднеазиатского военного округа. 7 ноября 1983 г.


Досталось им тогда сильно. Стояли под Ленинградом, в болотах. Земля раскисла от постоянных дождей и снега, в грязи тонули и техника, и люди, одежда не успевала просыхать. Ходили по хлипким деревянным настилам, а блиндажи делали из мха, которые потом накрывали резиновыми мешками. Трудно было, голодно и холодно, но они стояли, бились до последнего патрона.

Не знали солдаты, что под Ленинград Гитлер перебросил из Крыма свои отборные дивизии, и измотанным советским войскам противостояла армия Манштейна. Они вместе с финнами намеревались перерезать ниточку жизни, протянутую через Ладожское озеро, и уничтожить блокированный, державшийся из последних сил город. Но, к удивлению противника, в январе 1943 года советские войска перешли в наступление – полуголодные, ослабленные, несущие огромные потери. И прорвали удушающее Ленинград кольцо.

Там Дмитрий Тимофеевич получил свое первое ранение, за ним последовали многие другие, самыми тяжелыми из которых были перелом двух позвонков, ранение в ногу, в лицо. Он и сегодня, спустя почти 60 лет после окончания той войны, носит в себе ее осколок.

Боялся ли он смерти? Язов не думал об этом, только когда на его глазах во время артобстрела прямым попаданием случайного снаряда часового разнесло на куски, стал осторожнее. Интуитивно чувствовал опасность и анализировал свои следующие шаги. Возможно, потому и сам выжил, и сохранил жизнь многим своим подчиненным.

А после войны началась кочевая жизнь военного – вечно на колесах, на чемоданах, все временно, неопределенно. Судьба помотала его по стране и миру, по отдаленным гарнизонам, малообжитым местам. Он никогда не жаловался, не просил должностей и званий. Запомнил накрепко слова Кутузова: «Проще повелевать, труднее подчиняться, но, не научившись подчиняться, ты не сможешь повелевать». Из таких вот, умеющих подчиняться, и вырастают хорошие командиры, считает Дмитрий Тимофеевич, не отдающие глупых приказов, как в анекдоте: «Копать от забора и до обеда».

Военной карьере Язова чуть не помешало отсутствие аттестата зрелости: на фронт ведь ушел, так и не успев получить документа о среднем образовании. Пришлось ему в 28 лет, после офицерских курсов, уже майором, сдавать экзамены за школьный курс, а потом поступать в Военную академию им. Фрунзе, которую в 1956 году он окончил с отличием.

После Академии вернулся Дмитрий Тимофеевич в родную дивизию, а тут, как на грех, Никита Хрущев замыслил сокращение армии. Более миллиона военнослужащих осталось не у дел. Язову предложили возглавить полковую школу. После небольших раздумий он согласился. Шесть месяцев безупречной работы в должности начальника школы и отличный выпуск сержантского состава вновь обратили взоры командования на Дмитрия Язова. И вот он уже командир полка, который отправляется служить на Кубу. Было это в начале 60-х годов, в разгар Карибского кризиса.


В Ассоциации офицеров запаса «Мегапир»


Через полтора года полк без потерь в живой силе и технике вернулся на Родину. Дмитрия Язова ждала сначала учеба в Академии Генерального штаба СССР, а потом – направление на Дальний Восток, командиром мотострелковой дивизии. Казалось бы, глухомань, палаточный город без радио и телевидения, а Дмитрий Тимофеевич вспоминает о службе в Даурии с любовью. Здесь он проявил себя и как командир, и как хозяйственник, и как организатор, и как воспитатель, да и просто как человек: в мирное время получил орден Ленина за обустройство своей дивизии, которой гордился потом весь округ. Построил уютные дома, клуб офицеров, хлебозавод, школу на 900 мест. Для офицерских жен, тоскующих по комфорту и цивилизации, он от каждого дома прокладывал дорожки, чтобы те могли ходить по ним, постукивая каблучками. Вроде бы, мелочь, пустячок, но именно такие «пустяки» скрашивают жизнь, делая ее наряднее и надежнее.

Три с половиной года прослужил он в Забайкалье, ни разу не побывав в отпуске. Не могло его отпустить командование в неспокойное время обострения советско-китайских отношений. Напротив, просило еще уделить внимание и военной подготовке местных секретарей райкомов и председателей исполкомов. С улыбкой вспоминает Дмитрий Тимофеевич эти занятия. Себя с указкой в руках в 40-градусный мороз (привык уже без перчаток обходиться) и лекцией о технических возможностях всех видов нашего вооружения – начиная с пистолета и заканчивая «Катюшей». Заинтересованные лица партруководителей и море огня, которое на глазах китайцев расползлось по небу от огромного количества выпущенных боеприпасов…

Расставаться с Забайкальем не хотелось, но приказ есть приказ. Язова ждало назначение командиром корпуса в Крым, потом – командующим армией в Азербайджан. В Баку, едва он вступил в свою новую должность, пришлось проводить дивизионные учения. 500-километровый переход по горам был не самым сложным испытанием для него. Беда заключалась в слабой боевой подготовке солдат, большинство из которых по-русски говорить толком не умело. Перестреляют друг друга на этих учениях, понял вдруг Дмитрий Тимофеевич, и на свой страх и риск отвел дивизию за несколько километров от места дислокации, дав двое суток на подготовку к стрельбе. И хоть от командования ему за это самоуправство попало, учения в целом прошли прекрасно. И никто не догадался, что творилось в душе Дмитрия Тимофеевича, чья жена в это время лежала на операционном столе. Съездил он тогда в больницу, в ночь, за 400 километров, проведал – и сразу назад.

Затем была служба в Ираке, Афганистане, но недолго. Жене становилось все хуже и хуже, и даже срочный переезд в Москву, о чем ходатайствовал перед руководством страны маршал Гречко, не смог спасти ее. Через полгода после тех памятных учений в Азербайджане супруги Язова не стало.

Дмитрий Тимофеевич не любит рассказывать о своей личной жизни, о том, что он чувствовал, оставшись один. Две дочери, как могли, поддерживали его, он с головой уходил в работу, но тоска не оставляла. Через два года, поехав по служебным делам в Алма-Ату, он встретил свою давнюю знакомую, с которой не виделся более 16 лет. Через год она переехала к нему, и вот уже 27 лет они вместе, имея четырех детей на двоих, внуков, взаимопонимание и любовь.

О судьбе Дмитрия Тимофеевича Язова можно прочитать в любой энциклопедии: с 1979 года он командовал Центральной группой войск, с 1980 года – войсками Среднеазиатского, с 1984 года – Дальневосточного военных округов. В январе 1987 года он становится начальником Главного управления кадров, а уже в мае – Министром обороны СССР.

В 1987 году он стал членом Центрального комитета и кандидатом в члены Политбюро ЦК партии, в которую вступил в 1944 году на фронте.


Очередную награду Д. Т. Язову вручает министру обороны РФ С. Иванов


Последовавшие в стране события круто изменили его жизнь, но не убеждения. Как участника ГКЧП Дмитрия Язова арестовали, и полтора года он провел в «Матросской тишине». И об этом периоде он особо не распространяется, не считая его главным потрясением своей жизни. Самым болезненным, самым страшным, по его словам, было предательство страны Горбачевым и Ельциным. Их считает он главными виновниками того, что произошло со страной и народом. Он, человек военный, умеющий подчиняться, впервые отказывается понимать фразу: «Служу Отечеству!»

«Какому? – тут же спрашивает Дмитрий Тимофеевич. – Я не хочу служить отечеству Абрамовича, Березовского, Гусинского и им подобных, которые присвоили себе все недра и богатства страны. Мне больно за расстрел Верховного Совета СССР, за обманутых и обворованных людей».

В августе 1991-го Язов отказался стрелять по Белому дому. Он, прошедший войну и тяжелейшие испытания, отказался выполнить приказ не из-за малодушия, конечно, а из-за своих соб-ственных убеждений: «Я присягал не президенту, а народу. В свой народ я стрелять не буду».

С виду суровый и строгий человек, он известен своей отзывчивостью. В бытность его Министром обороны, к нему часто обращались ветераны войны с различными просьбами. Он хлопотал, помогал, содействовал. И переживал о тех скромных многочисленных вдовах, чьи мужья не вернулись с полей войны. На примере своей матери он знал, как им тяжело жилось, как надрывали они жилы, вытягивая колхозы, восстанавливая города, воспитывая и давая образование детям. Не получая ни помощи, ни благодарности от государства. Своей матери он отсылал военный аттестат даже тогда, когда сам женился, без его денег ей было бы еще труднее поднимать младших детей.

Совсем недавно, в день, когда матери исполнилось бы сто лет, он собрал всех родственников в родном селе Язово, под Омском, заказал панихиду по родителям, возложил цветы на их могилы, справил поминки, известному московскому художнику заказал ее портрет.

Сейчас Дмитрию Тимофеевичу Язову восемьдесят. Он прожил красивую и достойную жизнь, в которой ему нечего стыдиться. Все испытания, которые могут выпасть на долю мужчины, он выдержал с честью. Сегодня он желает современным молодым людям унаследовать хоть каплю тех патриотических чувств, благодаря которым его поколение смогло выиграть ту страшную войну. «Пусть всегда их осеняет знамя нашей Великой Победы, пусть всегда они помнят, что жизнь так просто не дается, за нее надо бороться», – говорит Дмитрий Тимофеевич, с болью глядя, как обманывает и растлевает молодежь наше циничное запутанное время.


Визит на Кубу в год 40-летия Карибского кризиса


Живет Язов спокойно и скромно. Его заботит в основном здоровье и благоденствие близких ему людей. Но и без активной деятельности во благо Отечества себя не мыслит: работает консультантом одного из Управлений Министерства обороны, а в Ассоциации офицеров запаса Вооруженных сил «Мегапир» с 1999 года возглавляет фонд «Офицерское братство». Досуг скрашивают стихи. Ему нравятся прогулки на природе с идущей рядом верной собакой. Вечера проводит за письменным столом. Две книги его воспоминаний – «Удары судьбы» и «Верны Отчизне» – уже вышли в свет, готовится к изданию третья. Ему вообще очень нравятся хорошие умные книги и спектакли советского периода. Потому что всю свою жизнь он, Маршал Советского Союза, защищал и любил ту страну, где национальной идеей были справедливость, равенство и братство населяющих ее людей. Там и оставил он свое доброе и мужественное сердце.¶

З. Выхристюк
Е. Куджева

Вернуться назад

Купить или забронировать горящие путевки в санатории Ессентуков, Железноводска, Кисловодска, Пятигорска, отдохнуть в санатории КМВ вы можете здесь.